//
you're reading...
Леонид Рабин

Саламе — Кфар Шалем: прошлое и настоящее

Леонид Рабин, июль 2007/

I.

Саламе — арабская деревня, располагавшаяся до 1948 года в пяти километрах к востоку от Яффо. Ныне ее территория входит в состав городов Тель-Авив, Рамат-Ган и Гиватаим.

Деревня названа имнем шейха Саламе Абу-Хашема, спутника пророка Мухаммеда. Согласно арабской традиции, шейх был похоронен здесь в 634 году. Его гробница «Сайдуна Саламе», перекрытое куполом здание, была расположена в центре деревни рядом с центральной мечетью. Деревня делилась на кварталы, каждый из которых принадлежал одной из хамул (кланов). Большинство домов было сложено из необожженной глины, имелось также несколько каменных и деревянных зданий.

В 1596 году в деревне было 94 жителя, она относилась к округу Рамле. В 30-е и 40-е годы 19 века в деревне поселились египтяне, пришедшие с армией захватившего Палестину египетского правителя Ибрагима-паши. В связи с удобным расположением и близостью к Яффо и Тель-Авиву деревня с начала 20-го века начала быстро расти. В 1931 году в ней жил 3691 человек, в 1945 году – уже 6730, из них 6670 мусульман и 60 христиан. В деревне насчитывалось 800 домов. Было две школы. В начальной школе для мальчиков, основанной в 1920 году, в 1941 году училось 504 мальчика. Школа для девочек была основана в 1936 году, в ней в 1941 году училась 121 девочки. В деревне было много магазинов, а также пять кафе, являвшихся общественными центрами. Там собирались жители деревни. В конце 30-х годов был основан собственный автобусный кооператив, содержавшийся жителями деревень Саламе и Аббасия и эксплуатировавший линию от этих деревень до Яффо.

К 1948 году население деревни составило 7690 человек. Это был самый крупный сельский населенный пункт в Палестине. Из центра деревни выходило шесть дорог – на запад, северо-запад, северо-восток, восток, юг, юго-запад. Дома строились вдоль этих дорог, поэтому деревня имела в плане форму звезды. Кроме того, много домов располагалось во фруктовых и цитрусовых садах, окружавших деревню и занимавших большую площадь. Площадь принадлежавших деревне земель равнялась 6782 дунамам (678 гектарам). На севере они граничили с Рамат-Ганом и немецкой колонией Сарона, на западе – с Тель-Авивом и Яффо, на юге с деревней Язур, на востоке с деревней Аль-Хирия. На юге границей земель деревни Саламе являлся ручей Вади-Кабир (Аялон).

В 1945 году из 6782 дунамов, относившихся к деревне, 5633 дунама было в частной собственности арабов, 885 дунамов – в частной собственности евреев, 264 дунама – в собственности правительства.

Большинство жителей деревни работало в сельском хозяйстве, многие занимались торговлей и отхожими промыслами. Апельсины, яблоки, арбузы, выращенные в деревне, продавались на рынках Яффо, Южного Тель-Авива и в Шхунат-Атиква. Молоко жители сдавали на молочный завод в Яффо, принадлежавший семье из Саламе. В деревне насчитывалось около 80 колодцев. С конца 30-х годов здесь была собственная футбольная команда.

Начиная с 20-х годов на землях деревни, приобретенных евреями, начинается строительство города Рамат-Гана и жилых кварталов, объединившихся впоследствии в город Гиватаим. В 1935 году мэрия Тель-Авива начала строить на землях деревни с другой стороны от нее квартал «Атиква» для работников муниципальных служб, принадлежащих к восточным еврейским общинам (ашкеназы хотели убрать их с глаз долой). Название квартала скопировали с названия колонии американских адвентистов «Гора надежды» (Mount of Hope), основанной в 1852 году на другом берегу Вади-Кабир, на месте нынешней средней школы Шевах-Мофет. Колония просуществовала всего пять лет. В 1857 году арабы окрестных поселений совершили набег на колонию и разграбили ее. Все мужчины при этом были убиты, а женщины изнасилованы. Шхунат-Атиква в 1935-48 годах являлась самостоятельным еврейским поселением. В 1948 году оно была интегрировано в состав Тель-Авива.

По плану раздела Палестины, принятому в ноябре 1948 года, деревня Саламе была включена в состав еврейского государства. После принятия плана раздела в деревне был организован отряд самообороны в составе 30 человек. С началом боевых действий деревня оказалась на линии фронта и противостояла еврейскому кварталу Тель-Авива Яд-Элиягу, поселению Шхунат-Атиква, пограничным кварталам Гиватаима и Рамат-Гана. Тылом для защитников Саламе являлись арабские деревни, расположенные к востоку и к югу – Язур, Аль-Хирия и Сакия, за которыми были другие, тянувшиеся до Рамле и Лода и далее вглубь страны. Для евреев Саламе являлась серьезным препятствием на дороге, соединявшей Тель-Авив с международным аэропортом Лод (нынешняя улица Дерех Лод).

С декабря 1947 года начинаются спорадические вооруженные столкновения между жителями соседних еврейских и арабских населенных пунктов, и жители Саламе принимают в них активное участие. В деревне разместились бойцы Арабской освободительной армии, состоявшей из добровольцев из соседних стран и пришедшей на помощь палестинцам. Всего этих добровольцев насчитывалось около 1300 человек, армию возглавил ливанец Хасан Саламе. В деревне Саламе после начала вооруженных столкновений расположилось около 100 бойцов этой армии. Мухтар деревни Ан-Наджи и ее старейшины высказались против размещения добровольцев в деревне, но жители поддержали их и обеспечили жильем.

Уже в ноябре 1947 года арабский вор, житель Саламе, погиб в перестрелке с бойцами «Хаганы». С этого начался отсчет кровной мести. В пограничных с деревней еврейских кварталах разместились бойцы «Хаганы», мобилизованные в Тель-Авиве и Рамат-Гане. Шхунат-Атиква защищала одна из рот 53-го батальона «Гивати», усиленная добровольцами из местного отделения «полиции еврейских ишувов».

Первая серьезная стычка в районе деревни Саламе произошла 4-го декабря 1947 года. Патруль из Шхунат-Атиква засел в покинутом арабском доме, выходящем на недавно построенную дорогу, соединявшую Тель-Авив с дорогой на Иерусалим в обход деревни Абу-Кабир. Жители деревни Саламе обстреляли этот дом, евреи открыли ответную стрельбу. Еврейский патруль из Шхунат-Атиква, двинувшийся к Саламе, наткнулся на арабскую засаду. В перестрелке погиб еврей Нисим Заит, его друг был ранен. Тело погибшего осталось лежать на земле. На следующий день еврейский отряд, отправившийся забрать тело убитого, был атакован англичанами. Еще один еврей, Миха Фишер, был убит, трое ранены. Англичане разоружили отряд «Хаганы» и арестовали шестерых его бойцов. Они были приговорены к пяти годам тюрьмы за стрельбу в британских солдат и жителей деревни Саламе. В тот же день арабы из Саламе атаковали киббуц Эфаль (ныне Рамат-Эфаль). Нападение было отбито, шестеро арабов погибли.

На следующий день, 5-го декабря, перестрелка возобновилась. Бойцы «Хаганы» разместились в крайних домах Шхунат-Атиква и начали обстреливать Саламе из пулемета. Арабы попытались атаковать эти дома, но были отброшены. Число погибших арабов неизвестно. В тот день был застрелен еще один еврейский боец, Нисим Азиз. Гражданское население начало покидать Саламе и уходить в сторону Рамле и Лода.

6-го декабря бойцы «Хаганы» заняли отдельно стоящий дом на окраине Саламе и начали обстреливать деревню из него. Они планировали бежать оттуда до того, как подойдут англичане, но не успели. Англичанам удалось их поймать. Британский сержант застрелил еврейского бойца Яакова Шифа. Несколько евреев были арестованы и приговорены впоследствии к тюремному заключению.

Тель-авивская «Хагана» решила провести операцию возмездия. 7-го декабря группа ее бойцов подобралась к крайним домам деревни, забросала один из домов гранатами и потом взорвала его. Сразу же началась перестрелка с обеих сторон. Молодежь деревни требовала отомстить евреям. Командир Арабской освободительной армии Хасан Саламе решил воспользоваться ситуацией и начать крупное наступление на Шхунат-Атиква. На помощь ему пришли бойцы из деревни Язур, городов Рамле и Лод и даже из Шхема. Но тель-авивская «Хагана» узнала о планах арабов и стянула в Шхунат-Атиква крупные силы.

Арабское наступление началось вечером 8-го декабря 1947 года. Сотни арабских бойцов атаковали Шхунат-Атиква одновременно с севера и с юга. На юге оборонительные позиции «Хаганы» были прорваны, и у арабов появилась реальная возможность захватить Шхунат-Атиква. Жители квартала в панике побежали в Тель-Авив. Но арабы не воспользовались хорошей возможностью. Войдя в южную часть Шхунат-Атиква, они начали грабить имущество и поджигать дома. Двое евреев, старик и старуха, заживо сгорели в одном из бараков. Арабское воинство, нагруженное трофеями, стало небоеспособным. Англичане перегородили дорогу из Тель-Авива в Шхунат-Атиква, но отряд резервистов «Хаганы» сумел обойти заслон англичан и войти в квартал в самый разгар арабского грабежа. Этот отряд и выбил арабов из Шхунат-Атиква. Бой продолжался три часа. В бою погибло 60 арабов и два еврея. 32 барака было сожжено, 300 жителей Шхунат-Атиквы остались без крова. Один араб унес с собой еврейского младенца, но англичанам на следующий день удалось его вернуть. Два трупа арабов остались лежать в Шхунат-Атиква. Жители квартала облили их нефтью и сожгли.

После этого нападения англичане заняли позиции между Шхунат-Атиква и деревней Саламе. Арабы больше не нападали на еврейские кварталы, но происходили периодические перестрелки. Бойцы «Хаганы» продолжали периодически совершать вылазки к деревне. Защитники Саламе отбили нападения 19-го декабря и в ночь с 24-го на 25-е декабря. В ночь с 26-го на 27-е декабря еврейский взвод приблизился к деревне Саламе и обстрелял караульных. 28-го декабря деревня была атакована со стороны Рамат-Гана.

Командование «Хаганы», раздосадованное неудачей всех этих рейдов, решило предпринять крупномасштабную атаку на деревню. Операция «Йегошуа» была запланирована на ночь с 31-го декабря 1947-го на 1-е января 1948-го года. В «Хагане» надеялись, что англичане, занятые празднованием Нового года, не вмешаются в разборку. В атаке участвовали семь отделений, одно из Пальмаха и шесть из бригады «Гивати». Отделение Пальмаха должно было атаковать деревню с юга и отвлечь силы защитников, а бойцы «Гивати» в это время атаковали бы Саламе с севера. Командовать операцией поручили комбату Ицхаку Пундаку. Он отдал приказ: «Атаковать деревню с севера, убить людей, взорвать дома и сжечь все, что возможно». В параграфе «Особые замечания» он написал: «Следует стараться не убивать женщин и детей врага». Чтобы избежать потерь среди мирного населения, начальник штаба Хаганы Исраэль Галили запретил использовать минометы.

Атака оказалась неудачной. Отделение Пальмаха атаковало деревню с юга, взорвало три дома и убило нескольких арабов, но основное наступление не состоялось, потому что бойцы заблудились в пути и вернулись на базу. Те, кому удалось добраться до деревни, вступили в перестрелку с ее защитниками. Тем временем на помощь защитникам Саламе пришли англичане на бронетранспортерах, и евреям пришлось отступить. После этого палестинцы поставили заграждения на дорогах, ведущих в деревню, но англичане потребовали от них убрать заграждения, потому что они «мешают движению транспорта».

Неудачи огорчили руководство еврейского ишува и заставили его заново обсудить ситуацию. Секретарь Еврейского агентства Элиягу Сасон сказал на заседании руководителей военных организаций ишува: «Надо было ударить по Саламе как следует, и тогда деревня не досаждала бы нам целый месяц». Командир Пальмаха Игаль Алон предложил перейти к тактике коллективного наказания, «много убивать и много разрушать». В середине января руководители военных организаций ишува решили, что «в деревнях, участвующих в боях, нет невиновных», и можно убивать всех жителей без разбора. В качестве примера была указана Саламе как «центр, из которого совершаются нападения на Тель-Авив».

Газета «Фалестын» написала, что в январе евреи совершили 10 нападений на Саламе. Нападения совершались как со стороны Тель-Авива и Шхунат-Атиква, так и со стороны Рамат-Гана и Гиватаима. В ночь с 12-го на 13-е января группа еврейских бойцов попыталась атаковать дом «главаря банд», но по ошибке взорвала дом его соседа. 18-го января 33-й батальон бригады «Александрони» атаковал северо-восточную окраину деревни и взорвал группу из пяти домов, из которых велся обстрел Рамат-Гана. В ходе этой атаки погиб командир отделения, несколько еврейских бойцов были ранены. Число погибших арабов неизвестно.
28-го февраля группа из примерно 30 бойцов Хаганы снова вошла в деревню, чтобы взорвать два дома. На следующий день британская полиция обнаружила на месте трупы шести погибших евреев. Выяснилось, что еврейский отряд попал в засаду. В бою погибли также трое арабов, в том числе одна женщина.

6-го апреля «Хагана» взорвала два арабских дома между Саламе и Гиватаимом. 15-го апреля бойцы из Саламе участвовали в нападении арабов на британский военный лагерь Тель-Литвински (ныне Тель-Ашомер). В ночь с 15-го на 16-е апреля евреи обстреляли Саламе из минометов.

Между тем у защитников Саламе заканчивались боеприпасы. Жители потеряли уверенность в своих силах и начали покидать деревню.

В ночь с 27-го на 28-го апреля военные организации еврейского ишува начали операцию «Хамец». Ее задачей был захват арабских деревень, опоясывающих Яффо, и установление сухопутной блокады Яффо. Предполагалось захватить деревни Абу-Кабир, Джебалия, Тель-Ариш, Язур, Аль-Хирия и Сакия. В операции участвовали бригады Пальмаха «Александрони», «Гивати» и «Кирьяти».

В первую ночь батальон бригады «Александрони» занял деревни Аль-Хирия и Сакия. Теперь Саламе была отрезана со всех сторон. Бригады «Гивати» начала обстрел деревни с запада. Защищаться было нечем. Жители деревни и ее защитники стали отходить в сторону Яффо. В ночь с 29-го на 30-е апреля бригада «Александрони» начала наступление на Саламе. Две роты 32-го батальона наступали со стороны деревни Аль-Хирия, две роты 33-го батальона со стороны Гиватаима. Наступающие не встретили никакого сопротивления. Деревня оказалась пустой. Радио «Хаганы» сообщило, что деревня «очищена после первой атаки». Ни одна из сторон не понесла потерь. Еврейские части начали занимать дома деревни в 5:00 30-го апреля. Давид Бен-Гурион посетил Саламе в тот же день. Он записал в дневнике, что «нашел в деревне только одну слепую старуху».

В отличие от большинства других деревень, оставленных арабами, Саламе пережила 1948-й год. Саперам «Хаганы» не удалось взорвать арабские дома. Во-первых, деревня была большой, а во-вторых ей повезло – она оказалась близко к городам центра страны. Уже на следующий день после занятия деревни евреями в ее дома заселились бездомные и бедные евреи из Шхунат-Атиква и Тель-Авива, и их уже никто не мог выгнать, даже если бы хотел. Так на месте деревни Саламе возник еврейский квартал Кфар-Шалем, дома которого в последующие десятилетия постепенно сносились, а территория застраивалась новыми многоэтажными зданиями. Но два участка оригинальной застройки деревни Саламе сохранились до сих пор. Понятно, что арабские дома надстроены и перестроены. В центре деревни сохранились остатки мечети, гробницы шейха Саламе Абу-Хашема и дома мухтара Ан-Наджи, в котором живут несколько еврейских семей.

II.

После выселения коренных жителей деревни Саламе и превращения ее в тель-авивский квартал Кфар-Шалем там тоже произошли достаточно интересные и показательные события.

Сразу же после Войны за независимость в Израиле было создано Агентство по опеке над имуществом отсутствующих жителей (Custodian of Absentee Property). Его создание было вызвано в первую очередь международным давлением, так как международное сообщество требовало прекратить практику разрушения арабских деревень и надеялось на решение проблемы беженцев путем их возвращения в оставленные дома.

Но израильское правительство оказалось хитрее.

Закон об имуществе отсутствующих жителей, принятый в 1950-м году, установил, что `отсутствующим` считается любой житель, который в период Войны за независимость находился `в любой части земли Израиля за пределами государства Израиль`. Согласно закону, имущество таких `отсутствующих` передавалось Агентству по опеке, при этом сам `отсутствующий` не имел право на какую-либо компенсацию.

В то же время Комиссия ООН по Палестине потребовала, чтобы Агентство по опеке не имело права продавать имущество отсутствующих жителей. Израилю пришлось согласиться. В результате в стране образовался огромный фонд бесхозного недвижимого имущества — ни бросить, ни продать.

Деревня Саламе была заселена евреями фактически на следующий день после ее занятия Пальмахом, так что Агентству оставалось только узаконить фактических новых жильцов. Это и было сделано.

Кроме того, Еврейское агентство отправило в Саламе новых иммигрантов из Йемена, только что прибывших в страну в рамках операции `Ковер-самолет`. Впоследствии к ним присоединились репатрианты из Марокко и Ирака.

Главы вновь прибывших семейств подписывали договор с Агентством по опеке над имуществом, в котором говорилось, что Еврейское агентство (Сохнут) законно заселяет их в оставленные дома, но они не имеют права собственности на них. Новоприбывшие ничего не платили за полученное имущество.

В 1950 году вместо 7500 арабов в Кфар-Шалем проживало свыше 20 тысяч евреев. Понятно, что они жили в условиях скученности, антисанитарии. Бывшая деревня и раньше не отличалась богатством и благоустройством — стоки текли по улицам — а теперь ее население выросло почти втрое. Поскольку деревня была предназначена под снос, сети не прокладывались, и мощеные дороги не строились. Кфар-Шалем быстро стал самым бедным районом Тель-Авива, оплотом наркоманов и преступных группировок. В то же время район был очень религиозным, через каждые 20-30 метров в одном из бараков располагалась синагога.

Главной задачей государства в тот период было не допустить обратного вселения арабских беженцев, и жители добросовестно выполняли эту задачу. «Заселить это место было заповедью, — вспоминает Мирьям Харази. Она рассказывает, как выгнала арабку, жительницу Яффо, предложившую мирьям купить у нее ее бывший дом — за который сама Мирьям не заплатила ни лиры, а арабка, понятное дело, не получила компенсации. («Ха-Арец», 15.07.2007)

В 1965 году был принят закон об эвакуации-компенсации для Кфар-Шалем, и жителей квартала начали расселять. Но оказалось, что это не так просто сделать. Жителей начали переселять в `амидары` на столбах в соседних районах, но мало кто желал туда переселяться из собственных домов на земле. Тогда власти и полиция начали применять силу и перешли к силовому сносу домов.

События достигли кульминации в декабре 1982 года, когда полицейский застрелил одного из жителей, Шимона Йегошуа, забаррикадировавшегося на крыше предназначенного к сносу дома. Это событие вызвало волну возмущения, и компания `Амидар` объявила о временном прекращении сноса Кфар-Шалем.
В конце 80х годов была создана специальная государственная компания `Халамиш`, принадлежащая правительству и мэрии Тель-Авива, в задачу которой вменили снос Кфар-Шалем и застройку освободившейся территории. Тогда же начали платить `в порядке исключения` достаточно щедрые компенсации жителям и предоставлять им новое жилье в новых домах, строящихся в том же районе. За восемь лет было снесено несколько сотен старых домов.

Но в 1998 году мэрия Тель-Авива и правительство заморозили проект, посчитав, что жителям старых домов платятся слишком большие компенсации, и это невыгодно экономически. Несколько десятков семей `зависли` — они были выселены, но квартиры в новых домах построены не были, и им пришлось жить на съемных квартирах, к чему они не привыкли. Это стало тяжелым ударом для них и уроком оставшимся.

Прошло восемь лет, и городские власти решили продолжить снос Кфар-Шалем, но уже без выплаты компенсаций жителям, поскольку дома не являются их собственными. Жителей объявили `сквоттерами` после того, как они прожили в этих домах 60 лет, и в них родилось два-три новых поколения. Жителям 15 домов уже выданы экстренные ордера на выселение. Понятно, что население не обрадовалось и готовится стоять насмерть. Смешно требовать от состарившихся там людей, чтобы они шли теперь жить на съемные квартиры.

Особенно возмущает местных жителей тот факт, что мошавы и киббуцы, которым была безвозмездно выделена земля из фонда Агентства по опеке над имуществом отсутствующих жителей, получили эту землю в собственность и превратили ее в золотую жилу, продавая участки под застройку. Кфар-шалемцам объяснили, что жители мошавов и киббуцев были на передовой линии защиты государственного имущества, за что и получили подарок, а жители кварталов бедноты находились в тылу, и поэтому им не положено ничего. Но у них самих другое объяснение — ашкеназское государство в очередной раз помогло `своим` и `трахнуло` представителей восточных общин.

«Бедные ашкеназы» — говорит Мирьям Харази, показывая пожелтевшие документы, удостоверяющие ее право на участок земли, который был ее домом в течение шестидесяти лет. – «Они так страдали от антисемитизма в европе. Зачем они делают это с нами?»

Реклама

Обсуждение

Комментариев нет.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s

Дневник

  • Израиль выслал назад в Судан ок. 1000 беженцев - несмотря на угрозы Судана наказать каждого, кто был в Израиле haaretz.com/news/diplomacy… 5 years ago
Реклама
%d такие блоггеры, как: